8 нататак з тэгам

редизайн

Ctrl + ↑ Пазней

Полезное действие

Когда изучал чешский язык, самой сложной темой для меня было спряжение глаголов в настоящем времени. Так как раздаточный листок с правилом был очень запутанный, сразу решил, что она такая непростая из-за него, а не из-за самих глаголов. Конечно, бросился листок переделывать.

Как переделывал листок (на английском)

Само правило действительно оказалось не таким уж трудным, но с первого раза ничего не получилось. Cвёл всё в одну таблицу, применил приём вынесения за скобки, группировку, поменял местами горизонтальную и вертикальную ось, крутил-вертел, играл со шрифтами. Но впечатление захламлённости так и не исчезло. Впрочем, это не мешало мне гордиться проделанной работой.

Понимание пришло, когда оказался в Школе стажёров Бюро Горбунова. Там узнал главное правило дизайна: у объекта должно быть чётко выраженное полезное действие.

«В центре работоспособного дизайна — идея полезного действия… Полезное действие системы — это ради чего она существует… первая задача дизайнера — определить полезное действие продукта.» (Артём Горбунов, artgorbunov.ru)

Понял, что не так с таблицей. Размытое полезное действие. Я о нём даже не думал, рассуждая в категориях «чтобы стало понятнее», «красивее», «чище» и в таком духе. Это была ошибка.

Полезное действие таблицы — помочь запомнить, какое окончание у глагола должно быть в зависимости от окончания инфинитива. Если бы сразу определил это, сразу понял бы, что чтобы улучшить таблицу, надо её упростить. Отказаться от групп (I—V) и примеров — от всего, что не помогает запоминать правило. Сгруппировать по смыслу, а не по традиции. Так наконец получится работоспособный вариант.

С определённым полезным действием листок стал чем должен был стать — помощником. Рассказ о том, как переделывал листок, на Бехансе.

«Понятие полезного действия — это очень хороший способ сконцентрироваться на том, что действительно важно, и сказать „нет“ всему остальному» (из лекции Артёма в Студии Лебедева).

Таблица для скачивания в формате pdf (370 КБ).

2015   гипотеза   редизайн

Мини-теория инфостендов

Пост критики расписания Антона Иокова и Анастасии Канунниковой стал поводом к тому, чтобы мы познакомились с ребятами лично. Они оказались хорошими и энергичными, с мечтами об улучшении информационной среды в Минске. Я очень рад этому знакомству.

Ещё оказалось, что помимо расписания у них есть и другая задача. После статей на Онлайнере с Антоном связался директор БАЭС Юрий Петрович Важник, и ребята побывали у него на приёме.

БАЭС — Белорусская ассоциация экспертов и сюрвейеров на транспорте, baes.by. Статьи на Онлайнере: первая, вторая.

Там выяснилось, что организация плавно внедряет информационные плакаты на остановки общественного транспорта Минска. И эти плакаты требуют доработки.

Юрий Петрович попросил у ребят предложить улучшения для таких плакатов. Не ставя никаких ограничений. Они, естественно, решили кардинально пересмотреть внешний вид инфоплакатов :). Получилась интересная задача.

Я не мог остаться безучастным. Мне всегда не давал покоя вопрос, как рождаются инфостенды, и почему они выглядят так как выглядят. Хотя бы в качестве упражнения захотелось попробовать решить такую задачу. Так получилось, что в результате родилась мини-теория.

Суть теории

Задача инфостенда: помочь пользователям попасть из точки А в точку Б. Где точка А — инфостенд, а точка Б — любое место в городе. При этом о самих пользователях и сценариях использования стенда мы ничего не знаем. И не можем использовать другие носители.

Так как получается некоторое множество одинаково ценных точек (точнее, мы не знаем, что ценно, а что — нет), то идеальным решением кажется дать всю максимально возможную информацию обо всех точках города. Но по условию мы ограничены форматом стенда. Поэтому вся теория состоит в том, по какому принципу фильтровать информацию, чтобы она оставалась и максимально полной, и умещалась в заданные рамки. Вот этот принцип:

Делим точки города на группы (в нашем случае их три — по способу достижения — пешком, на транспорте и все остальные). В зависимости от количества точек в группе выбираем максимально достаточный канал передачи информации: чем больше точек, тем шире канал используем. При этом варьируем приблизительность: чем ближе (физически) к нам точка, тем более точная о ней информация. Дополняем другими каналами по порядку. Повторяем это до тех пор, пока не достигнем границ формата.

Пример для точек, которых можно достичь на общественном траспорте

Так как точек в группе сравнительно мало, кажется, карта — слишком широкий канал для их отображения. Тогда начинаем со схемы. На ней отражаем:
— название остановок;
— район;
— способ, которым можно к точкам добраться;
— направление относительно стенда;
— время, за которое можно добраться.

Переходим к следующему каналу — тексту. С его помощью дополняем:
— ближайшие объекты, созданные людьми;
— ближайшие географические объекты;
— улицы.

Чуть более полный текст теории и коментарии к черновой реализации

Если по маршруту следования осталось мало (например, меньше 5) остановок, можно использовать ещё один канал — добавить фотографии того, как выглядят те места.

Черновой вариант стенда на примере остановки Универститет Физкультуры по ходу движения транспорта в сторону кольцевой» .pdf, 5,5 МБ.

С этим мы и отправились в БАЭС. Чем это закончилось, читайте в постах про ошибку дизайнера и смерть иллюзий.

P.S.: Придумывая теорию, сознательно не использовал никаких источников и не обращался к зарубежному опыту. Хотелось дойти самому. Но это тупиковый путь. Поэтому большая просьба ко всем, кто шарит. Посоветуйте книги и всякие другие ресурсы на тему городской навигации, инфостендов и вот этого всего.

2015   гипотеза   редизайн

Минское метро. Антисхема

Современный принцип рисования транспортных схем создали в Лондоне в 1933 году. До этого любая транспортная схема была совокупностью маршрутов, лежащих поверх географической карты населённого пункта. Ситуация кординально изменилась, когда инженер Генри Бек предложил рисовать схему лондонского метро по принципу электрической: все углу стали кратны 45°, расстояния между станциями на прямых участках уравнялись, появились пеньки вместо кружков для обозначения станций. Несмотря на то, что это было настоящей революцией, люди схему приняли. Оказалось, что связь между станциями и линиями для них важнее географии. Теперь похожий принцип используют все транспортные схемы мира.

Схема Фридерика Стингемора, которой пользовались в лондонском метро в 1932 году, и схема Генри Бека, которую он предложил в 1933 году

Но схема метро Лондона пережила ещё множество изменений, работа над ней не прекращается до сих пор. Есть мнение, что география все-таки играет роль — искажённые расстояния на схеме влияют на решения пассажиров о поездке. Поэтому лондонские дизайнеры продолжают работать над тем, чтобы схема формировала правильную картину города у пассажиров.

Схема, что висела в вагонах метро Минска приблизительно до 2012 года, и схема, которая предположительно висит теперь

Другие схемы: Саши Чеботарёва, Саши Ревяко

Совершенно очевидно, что создатели схем минского метро избрали для себя путь, обратный принципу Бека, — от схематичности назад к «географичности». Что, на самом деле, вполне можно понять. Всего две линии, которые пересекаются в одном месте, всего 29 станций, и такое большое пространство вокруг. Слишком велик соблазн попытаться повысить информативность схемы. Например, добавив географию. Правда, дальше этого в Минске не пошли.

«Во-первых, Год гостеприимства в Беларуси заканчивается…»
Пресс-секретарь минского метрополитена Андрей Кузьмин

А мне показалось, что именно на примере минской схемы можно довести принцип Бека до кажущегося логическим завершения. Забыть про то, что метро — это железная дорога, и взглянуть на него как на своеобразный телепорт. Как бы выделить его суть: два списка станций, удалённых от друг друга во времени, с возможностью перейти (в переносном, но на самом деле и в прямом, смысле) из одного в другой список на станциях пересадки:

В таком случае средством повышения информативности получается не географическая привязка станций, а перечень мест, к которым можно «телепортироваться» на метро:

Но и «географичность», как видим, тоже присутствует. Никто не в обиде:

Однако как любая антисхема, моя исповедует ряд антипринципов:

Немасштабируемость. Она утратит свою актуальность, когда запустят третюю линию метро.
Нетолерантность. Так как высота строки списка отложена на оси времени (как бы дико это не звучало), нельзя добавить перевод названия станций на саму схему. Можно сделать только отдельный иноязычный вариант.
Контринтуитивность. Большинство респондентов её не понимают.

Антисхема в большом размере

Обновление антисхемы

2015   гипотеза   метро   редизайн   схемы